ЗАКИР САБИРОВ: «СТИЛЬ – ЭТО ИНТЕЛЛЕКТ НАЦИИ».

                  Душанбе, 3 июня. (НИАТ «Ховар», Тахмина Гоибназарова). — Задача художника в современном искусстве в том, чтобы быть причастным современности. На открывшейся недавно выставке «Параллелизм и материализм» я познакомилась с художником, который начал писать картины из-за собственной финансовой несостоятельности. Эта безысходная ситуация и дала начало рождению двум совершенно новым направлениям в истории мировых стилей в искусстве.                   На встрече с корреспондентом НИАТ «Ховар» художник Закир Сабиров рассказал о созданных им новшествах таджикского искусства.                   — Закир Джабирович, расскажите о Вашей выставке. Как она появилась, чем представлена?                   — У этой выставки есть предтече. Однажды я уже организовывал показ. Это было в 2006 году. Я готовил эту выставку десять лет и думал, что это будет самое громкое событие в истории культуры за последнее столетие. Создал два новых стиля в изобразительном искусстве, принципиально отличающихся от всех существующих — параллелизм и материализм — стили, о которых раньше никто не знал. Но тогда на выставку никто не обратил внимание. Меня не признали. После этого я стал писать картины для себя, никому их не показывая. Но теперь я совершенно ясно осознаю, что не могу больше молчать. Обо мне должны узнать, но не для того, чтобы составить мне славу. Я хочу, чтобы мы развивались и нация в лице своей культуры и архитектуры перед мировой общественностью обрела, наконец, индивидуальность. Чтобы наша история демонстрировала наше «Я» в искусстве.                   — Как возникли эти стили и чем продиктована их идея?                  — У меня удивительная история становления как художника. Я прошел через театральные подмостки, был технологом сцены, был и миллионером. И … стал банкротом. И именно этот катаклизм в моей судьбе и сделал меня художником и побудил меня к созданию этих стилей. Поначалу я сам не понимал, что делаю — был захвачен идеей выплеснуть свои ощущения. В художественном аспекте у этих стилей реальная и материальная среда возникновения. Потом я сам дал определение тому, что создал, оформил это теоретически. Так появились эти стили. Я отверг все существующие ранее течения и направления, разрушил стереотипы, и это дало мне возможность создать новое.                 — Параллелизм, материализм — это из области геометрии и философии?                 — Природа параллелизма образована из ауры, витающей в пространстве, и она живет в контексте произведения. Мы привыкли считать, что пространство заполнено всевозможными предметами. Но не знаем, что эти самые предметы сотканы из многочисленных пространств. Зримые и привычные образы сотканы из многослойности пространств. Я имею уникальную возможность изобразить воздух, любое чувство — все что угодно. А устрашающе звучащее слово «материализм» рождено в моем понимании материей, тканью. Если мысленно растянуть любой фрагмент ткани, вместе со складками исчезнет и предмет, изображенный на материи. В этих работах нет первого и второго планов. Есть эстетика изображаемого.                  — Значит, для Вас не важна тема и содержание на полотне?                 — Это все второстепенно. Важна форма, красота, ведь именно они даруют наслаждение.                 — Это стили применимы исключительно к изобразительному искусству?                — Эти стили демократичны, они ориентированы на те виды искусства, которые могут получить массовое распространение: рекламные афиши, типографическое дело, театр, кино, архитектура.                 — Но ведь они довольно сложны. Не станет ли непонимание причиной их отторжения?                — А не надо подстраиваться под массы и опускаться до уровня дилетантов. Нужно всегда вдумываться в то, что являет тебе искусство, а не бездумно поглощать все, что в тебя вмещают. Вкус современного таджика исковеркан. Заполонивший всё вокруг «кич» отравил наше эстетическое сознание. Посмотрите на нашу архитектуру — однотипные здания, как грибы после дождя появляются на улицах. Новые дома, гостиницы, центры и рестораны — нет выражения черт национального колорита.                  — У Вас есть свое видение облика города?                 — Я хочу, чтобы строения в моем городе были выполнены в духе материализма и параллелизма. Это будет очень необычно и потому привлекательно. Нужно привлекать внимание туристов к себе. Почему все думают, что Таджикистан — это только горы и Варзобское озеро? Мы ведь можем быть интересны еще и своим искусством. Но мы привыкли все перенимать: жить, оглядываясь и ориентируясь на чье-то мнение. Потому мы скучны и неинтересны, даже — безлики.                 — Но было время, когда в культуре мы были и самобытны и уникальны?               — Нас испортил соцреализм. Тогда горланили о том, что все должно быть понятно, ничто не должно выходить за рамки принятого. Уникальность затиралась. Наступила безликость. Прошло уже столько лет, а мы все живем по этим стандартам. И никак не можем осознать, что создать новое можно только отринув старое, создав новые грани национальной культуры.                — Такие смелые идеи, очевидно, нашли сторонников в мире искусства?               — Вы сейчас пошутили? На мою первую выставку никто не пришел из тех, на кого вы намекаете. О моей второй выставке говорили снисходительно и крайне сдержанно. Все признали уникальность, но сказать об этом открыто — никто не смог.                — Но Вы, же явно собираетесь продвигать свои идеи дальше? Ну, или, по крайней мере, рассчитываете на признание?               — Чтобы получить лицензию, нужны деньги. И для меня эта сумма очень велика. Я не зарабатываю на картинах — я вообще ничего не получаю. Всё, на что я уповаю — это воровство, плагиат. Посмотрят на меня люди, знающие, и появятся подражатели. Мое имя иссякнет, а мои изобретения войдут в историю. И это главное для меня, потому что я хочу, чтобы они жили. Ведь стиль — это интеллект нации.