СКАНДАЛ НА КАННСКОМ ФЕСТИВАЛЕ

                Канны, 20 мая. /НИАТ «Ховар»-Newsru.co.il/. — Каннский кинофестиваль, который в эти дни проходит во Франции, преподнес зрителям очередной сюрприз: художественный фильм знаменитого датского режиссера Ларса фон Триера «Антихрист» вызвал бурю негодования.                 Картина режиссера, известного своим нестандартным видением кино, посвящена российскому режиссеру Андрею Тарковскому и безумию человеческой плоти, оставленной Богом. И критики, и зрители были возмущены обилием в фильме откровенно жестоких сцен, а также беспрецедентными даже для современного кинематографа сценами членовредительства и порнографическими моментами.                На пресс-конференции журналисты, ставшие первыми зрителями фильма, потребовали от Ларса фон Триера объяснить, каковы были цели «Антихриста» и что за мотивы руководили им. Перед началом показа режиссер заявил: «Моими действиями руководил сам Господь Бог», кроме этого, он подчеркнул, что является лучшим мастером кинематографа в мире.                По словам Фон Триера, в основу образного содержания картины легли сны о жестокости и сексе, которые видел сам режиссер. Об этом можно и догадаться, особенно по некоторым сценам. Так, в один момент из высокой травы выскакивает лиса и компьютерно-человеческим голосом сообщает человеку, что «хаос правит».                  Главные герои фильма — семья европейских интеллектуалов. Героиня Шарлотты Гинзбург, Она — историк и писательница, герой Уильяма Дефо, Он — психотерапевт. Уже в прологе разыгрывается драма: в то время, как муж и жена занимаются любовью, их маленький сын-лунатик падает из окна вместе со своим игрушечным медвежонком. После этих страшных событий Шарлотта попадает в психиатрическую клинику, а затем ее лечение берет на себя муж: вместе супруги отправляются в загородный дом «Эдем», которого героиня боится, как огня. Именно в «Эдеме» и разыгрываются самые жестокие сцены фильма.                 Титр «Фильм посвящается Андрею Тарковскому» появляется только в конце ленты.                  «Честно говоря, я не думал об аудитории, когда делал фильм, — рассказал Ларсу фон Триер. — Возможно, случится катастрофа». И реакция на фильм, действительно, была очень негативной. Однако во время пресс-конференции режиссер так ловко парировал, отвечая на агрессивные вопросы журналистов, что к концу встречи многие согласились с тем, что фильм имеет право на существование.